Рубрика: Совершенно серьезно

Достоевский, до которого я доросла

Алина ХАЙРОВА, п.Сосновоборск.

   Очень часто я слышала от мамы: «Мы купили тебе это на вырост. Ты так быстро растешь». На вырост были кофточки, сапожки, шубка. И вот Достоевский…

   Его читал мой старший брат. Я спросила, о чём книга. На что он небрежно ответил: «Тебе ещё рано, не доросла». А вдруг, когда дорасту, будет поздно? И я решила поближе познакомиться с тем, чьи произведения покорили мир.

   Мой выбор осознанно лёг на рассказ «Мальчик у Христа на ёлке». Во-первых, предновогодние впечатления, в которые я хотела окунуться. Во- вторых, я была уверена, что это будет незабываемая история. В-третьих… Ну, хватит доводов, пора знакомиться с книгой.

   Не знаю, что первое я почувствовала, когда дочитала до конца: страх, потому что смерть ребёнка камнем лежала у меня на душе, обиду, потому что взрослые предали мальчика, или разочарование – сказка разбилась о реальность.

   Почему всё произошло именно так? Кто виноват в случившемся? Может, я действительно не доросла до Достоевского, раз не могу ответить на такие важные вопросы, которые писатель-пророк так открыто и в то же время замысловато обыгрывает в произведении? Казалось бы, маленький мальчик приехал с мамой в большой город. Город, полный чудес, сладких пирогов, игрушек и людей. Но люди пробегают мимо него, не видят и не чувствуют беды маленького одинокого человека. Словно и нет его. Автор не даёт мальчику даже имени, словно это он, а не горожане спрятан за толстым стеклом, стеклом непонимания, чёрствости и равнодушия. Символично, что нет имени и у города, где происходит трагедия, хотя Достоевский намекает читателю, где разворачиваются события – в Петербурге. И сквозь строки я читаю: это могло случиться с каждым, в любое время.

   Как бы я хотела, чтобы финал был другим: его мама просто крепко уснула, а потом бросилась сломя голову искать своего сына и обязательно нашла бы; с него стащили картуз, чтобы подарить новый, а мальчики и девочки, толпившиеся около ёлки, водили хоровод и громко смеялись. Но… я читаю о смерти шестилетнего ребёнка от голода и холода. Цепляюсь глазами за строчки, пытаюсь понять, почему автор не пожалел ребёнка. Ведь в Новый год исполняются мечты, а в Рождество родные рядом, и все счастливы. Что бы не подарить малышу жизнь? Понимаю, что рассказ именно для этого. Понять, что в наших силах кого-то спасти, кому-то помочь, стоит только захотеть, оказаться рядом, быть милосерднее. И на примере этих людей, в груди которых вместо сердца лед, писатель стучится в наши.

   Достоевский словно жонглирует моими переживаниями, помогая взглянуть на мир по-другому. Трагическая история ребёнка, который оказывается нужен только на ёлке у Христа (в Царствии Небесном), взрывается во мне и, мурашками бегая по спине, вылетает на улицу моего родного села. Возможно, где-то и здесь бродят детки, столкнувшиеся с безразличием взрослых.

   Ловлю себя на мысли, что сижу и просто перелистываю страницы книги, на которые падают тяжёлые слёзы. И теперь уже и не знаю, почему я плачу. Может, от того, что я понимаю, что мне не рано, что я доросла.

Выбор

Карина ЧЕКАНОВА.

г. Спасск

Лёха презрительно скривил губы в улыбке, смерил охранника взглядом и тяжело вывалился на улицу. Обрыдло всё, достало. Каждый день одно и то же: нудно ноющая по утрам мать, что пора вставать и идти в техникум; техникум со своими  «можно»-«нельзя»; серые одногруппники   с желанием соблюсти нормы приличия…

Он привычно завернул за угол здания, нырнул в мало кем используемый проём в заборе и оказался у заброшенного сарайчика- месте сбора таких же, как и он , свободных и независимых, смотрящих сверху на определённые нормы и запреты… Сейчас все соберутся – и будет весело! Или не будет? Ожидание не затянулось. Знакомо скрипнула половица, и в дверном проёме появилась довольно улыбающаяся физиономия Коляна.

— Привет, братуха! Ну чё, оттянемся?-заорал он, попутно вытягивая из сумки бутылку пива.

Лёха помедлил, тоскливо обвёл обшарпанные стены сарая и неожиданно для себя выдал:

— Погодь. Может, ещё кто подгребёт…

Да что это в самом деле?! Лёха не узнавал сам себя. Последнее время какое-то  смятение поселилось в его душе. Раньше было всё ясно: забить на техникум, улизнуть с пар, курнуть сигаретку, глотнуть пивка…  А сейчас… И всё она — Лика!

Снова предательски скрипнули доски, и в сараюшке нарисовались ещё двое братанов. Последовали шумные приветствия, и друзья занялись обсуждением вечных тем. Лёха, отказавшись от общения, снова мысленно перенёсся к Лике.

Она появилась в их  группе сразу после Нового года. Увидев её, Лёха обомлел: тоненькая, в облаке пушистых завитков, с нежной ямочкой на щеке.

— У тебя свободно? Можно я с тобой сяду?- услышал он рядом с собой и утонул в синеве смотрящих на него глаз.

Он смог едва  кивнуть в ответ. Только к концу занятий парень пришёл в себя и попросил разрешения проводить девушку домой, на что получил согласие.

По дороге он окончательно пришёл в себя и даже попытался пошутить в своём обычном стиле: несколько развязно и даже грубовато. Лика промолчала, лишь удивлённо вскинула бровь и обожгла взглядом. Всё. Ему расхотелось пошлить . Почему-то он сразу понял, что девушка не похожа на его одногруппниц, позволяющих себе зачастую крепко высказываться. Она другая — и ей нужно соответствовать!

Сейчас, находясь в сарае, Лёха словно заново прокручивал происходящее с ним в последние месяцы. Что он делает со своей жизнью? Что он делает со своей матерью? Почему это происходит? Почему он в сарае вместо занятий?

Появление Лики в его жизни заставило о многом задуматься. Она несколько раз позволила себя проводить домой , несколько раз они погуляли по вечернему городу. Всего-то несколько раз! Девушка постоянно занята: у неё занятия в музыкальной школе, ещё успевает на лёгкую атлетику и поплавать в бассейне. Это Лёха узнал от неё во время вечерних прогулок. А как блещет она во время ответов на парах! Чувствуется использованная дополнительная литература. Лика успевает всё. И с ней интересно. Его магнитом тянет к этой девушке. Только однозначно: вот такой, сегодняшний, он Лике не нужен. Нужно кардинально меняться. И с чего решили они, «сараюшники», что они крутые парни. В чём крутость: в банке пива, в бранных словах, в «линьке» с занятий?  Лёха сейчас пытался понять, почему он здесь, в сарае? Когда поддался он этому чувству стадности? Да это, пожалуй, уже и не важно… Важно было то, что сейчас должно было произойти. Собираясь, он задержал дыхание и шумно выдохнул:

— Слышь, пацаны… Я …это… Я… завязываю с этой мутотой… Больше не приду…

Обвел сидящих твёрдым взглядом. И вышёл. Он сделал свой выбор.